Диеты по прежнему не работают!

Диеты по прежнему не работаютДавно известно, что в снижении веса около 70-80% влияния отводится еде, активное движение помогает не более чем на 30%. Любое ограничение необходимого человеку количества калорий приводит в конечном итоге не к снижению, а к увеличению веса. Часть людей выбирают стратегию “жизни на диете” и становятся зависимыми от занятий в спортзале – пропущенная тренировка заставляет ощущать себя “жирным”.

Здесь речь об избавлении от лишнего веса не идет – он навсегда остается “в голове”, просто одна зависимость – от еды, сменяется на другую.

Такая ситуация часто соотносится с эмоциональным неблагополучием в других сферах жизни – семейной/личной, карьерной – так, что диета и спорт становятся единственным прибежищем порядка и структуры и единственной подконтрольной областью жизни, кроме того, в силу идеализации тренированного мускулистого тела, появляется возможность ощущать, что у тебя все лучше, чем у других, “жирных” и “дряблых”.

Другая часть выбирает стратегию “от диеты к диете” и попадает в ситуацию “йо-йо” – постоянных колебаний веса, причем эти колебания сочетаются с неумолимым набором веса в перспективе нескольких лет. Третьей, удается как-то выкрутится – они вроде бы ничего особенного не делают, но почему-то не поправляются. Почему?

Ответ находится отнюдь не в области физиологии, а на стыке нейронаук и клинической психологии.

Наличие или отсутствие лишнего веса зависит не от того, насколько крепка ваша сила воли, или насколько вы “распущенны” или “ленивы”, а от того, какой стиль питания вы исповедуете – причем выбор стиля питания не зависит от вашей воли тоже, и является следствием семейной истории, от наличия у вас одного хитро названного гена и от того, каков уровень кортизола у вас в крови.

Иными словами, мир делится на людей, страдающих расстройством пищевого поведения – эмоциональным перееданием, которые не смогут похудеть на ни одной, даже самой волшебной, диете – им для похудения нужны совсем другие условия, и людей, таковым не страдающих.

Я многократно писала об этом, и сегодня я привожу данные наиболее свежих исследований, проходивших в разных странах Европы и подтвердивших эту точку зрения.

При подготовке этого поста использована статья нидерландского психолога Татьяны Ван Стриен в журнале De Psycholoog за сентябрь 2013, в моем переводе и с моими комментариями. Ссылки на все упомянутые в публикации исследования можно получить у меня. Я попыталась максимально адаптировать научный язык сообщения ван Стриен для всех читателей, но если остались вопросы, их можно задавать в комментариях. Статью можно свободно распространять, спрашивать разрешения не требуется.

Татьяна Ван Стриен – психолог, доцент Института Гендерных Исследований и Института Наук о Поведении в Университете Радбоуд Наймеген. Преподаватель психологии стилей питания в Свободном Университете Асмтердама, один из крупнейших исследователей нарушений пищевого поведения в Нидерландах, создатель диагностической методики исследования нарушений пищевого поведения НОПП (Нидерландский Опросник Нарушений Пишевого Поведения).

В исследовании, проведенном на нидерландской выборке, около 80% респондентов отметили свой желанный вес ниже, чем реальный вес. Пик желаемой потери веса приходился на 5 кг.

Около 40% участниц отметили. что никогда в жизни не сидели на диете. Среди мужчин эта цифра достигла 60%. Таким образом, около 60% женщин время от времени сидят на диете. Вопрос, приносит ли это желанный эффект? Еще более важный вопрос: каков отсроченный эффект диет на длительном промежутке времени?

В бытовом понимании “сидеть на диете” означает то же самое, что “худеть” и “стройнеть”, но наука видит диетическое поведение абсолютно противоположным образом. Согласно новому Нидерландскому руководству по лечению лишнего веса (2008) диета приводит к постоянной потере примерно 3 кг.

Критики сомневаются в справедливости этого тезиса. Они утверждают, что диетическое поведение является важным фактором для развития лишнего веса и расстройств пищевого поведения. Кто прав?

Отсроченные эффекты

Несколько лет назад в журнале “The American Psychologist” появился мета-анализ исследований, посвященных эффектам похудательных диет в длительной перспективе. В мета-анализ были включены только те исследования, в которых участники наблюдались не менее 4 лет, где был минимальный процент покинувших исследование, и где измерялся окончательный вес участников. Лишь малый процент людей, сидящих на диете для снижения веса, смогли в долгосрочной перспективе частично удержать потерю веса. Почти половина (!) через 4 года весила больше. чем до начала диеты. Вывод, сделанный из этого мета-анализа, звучит так: “Диета – не решение проблемы”.

Какова ситуация в нидерландской популяции? Если мы посмотрим на результаты опроса 600 испытуемых и обратим внимание на связь между положительным ответом на вопрос “Я худею” и изменения веса в течение трех лет, то мы увидим, что те, кто активно занимается похудением с помощью диет, через 3 года существенно тяжелее, чем респонденты. ни разу в жизни не сидевшие на идете. Особенно разница заметна на выборке женщин.

Таким образом, результаты нидерландской выборки также подтверждают данные, полученные в американском мета-анализе. Диетическое поведение в долговременной перспективе приводит скорее к увеличению, чем к снижению веса. В данном примере опрос проводился прямым образом, т.е. задавались прямые закрытые вопросы о диете и похудении, на которые нужно было ответить “да” или “нет”

“Внешние” едоки

Что происходит, если мы будем опрашивать людей о диетическом поведении иным образом, а именно с помощью опросника пищевого поведения? Этот опросник состоит из десяти различных вопросов о диетическом питании. Например, “Как часто вы отказываетесь от предложенной еды и напитков, потому что вам нужно думать о своем весе”?

Речь идет об ограничивающей диете – есть меньше. чем хочется, чтобы достичь желанного веса или удержать текущий, этот, так сказать, общеизвестный способ похудеть. Но и этот вариант похудения в нашем исследовании имел сильное влияние на набор веса в течение последующих 3 лет.

И в выборке мужчин изменения веса были незначительные. Значимое влияние диетического поведения на набор веса у женщин согласуется с другими исследованиями. Таким образом, вывод, который можно сделать: диетическое поведение в долгосрочной перспективе приводит скорее к набору, чем к снижению веса, особенно у женщин.

Для объяснения этого феномена существует несколько теорий. Набор веса у сидящих на диете может быть следствием того, что диета концентрируется на симптоме (лишние килограммы), но не на первопричине лишнего веса (т.е. почему на самом деле некто набирает вес). Существует два типа едоков, которым нет никакого смысла сидеть на диете: тем, кого есть соблазняют внешние факторы, например, вкус и запах еды (так называемые “внешнемотивированные едоки”) и тем, кто заедает негативные эмоции, например, депрессию и тревогу (“эмоциональные едоки”).

Внешнемотивированные едоки переедают, потому что не могут устоять перед вкусом, запахом и видимым присутствием еды. Они едят, потому что еда доступна, стоит перед ними, даже если только что поели. С эволюционной точки зрения это нормальная реакция. Для выживания в периоды голода необходимо иметь способность есть, когда еда доступна, чтобы в так называемые “жирные годы” (периоды изобилия) пища в форме жира хранила резерв для “тощих лет” (периодов, когда еда скудная или недоступна). В реальности, если такая особенность поведения присутствует, рано или поздно это приводит к проблемам с лишним весом.

Проблема “внещних едоков” достаточно успешно и просто решается методами когнитивно-бихевиоральной терапии. Один из наиболее эффективных методов снижения напряжения в адрес стимула, вызывающего чрезмерную реакцию, будь то страх или повышенный аппетит, является метод exposure, когда стимул, к которому пациент сверхчувствителен, ему предъявляют в непосредственной близости и даже многократно усиленным.

В результате наступает привыкание и напряженность стимула значительно снижается или пропадает вообще. На этом феномене основан принцип Хомяка http://svetlyachok.livejournal.com/595786.html, который я описывала как способ справиться с “внешним” перееданием ранее. Попытки ограничивать себя в этом случае приводят к пищевым срывам и усугублению расстройств пищевого поведения, поскольку напряженность стимула лишь усиливается

Эмоциональные едоки.

Эмоциональне переедание – совершенно другая история, поскольку нормальная реакция на стресс и негативные эмоции – это потеря аппетита. При стрессе сокращения желудка притормаживаются. Кровь оттекает к мышцам.

Эмоциональное переедание с точки зрения эволюционной – атипичное поведение. Во время опасности наши далекие предки должны были бежать или драться, но никак не есть. Тело готовит себя к действию.

Является ли пеередание при позитивных эмоциях эмоциональным перееданием? Радость – ведь тоже эмоция? Почему под эмоциональным перееданием понимают исключительно переедание на фоне негативных эмоций? И почему Нидерландский опросник пищевого поведения (НОПП) содержит вопросы, касающиеся исключительно негативных эмоций, например, “В случае плохого настроения появляется ли у вас желание поесть”?

Во-первых, внутренний механизм в этом случае другой: нет ничего атипичного в стремлении к еде в случае позитивных эмоций. Когда мы счастливы или хотим что-то отпраздновать, чаще всего мы делаем это с помощью вкусной еды и напитков.

Но экспериментальное подтверждение этому было надено лишь недавно в испанском исследовании, проведенным мной совместно с Aucias Cebolla на выборке студентов женского пола с экстремально высокими и экстремально низкими показателями по шкале эмоционального переедания. Использование экстремальных групп увеличивает шанс обнаружить различия между группами.

Эмоциональное состояние участников исследование изменялось с помощью виртуальной прогулки по парку, сопровождаемой музыкой, фрагментом из фильма и цветовым сопровождением, иногда веселыми, иногда печальными.

После того, как подтверждалось, что эти манипуляции эмоциональным состоянием срабатывали (настроение испытуемого менялось нужным образом, после чего участник исследования переводился в другую комнату, в которой стоял стол, полный как высококалорийной, так и низкокалорийной еды (яблоки, арахис, роскилетта – валенсийский деликатес из хлеба). После того, как участника приглашали к столу, его оставляли в одиночестве на 5 минут.

Низкоэмоциональные едоки в обоих состояних съедали примерно одинаковое количество еды.

Высокоэмоциональные едоки съедали значимо больше в несчастливом состоянии духа, чем в умиротворенном. Таким образом. люди с высокими показателями по шкале эмоционального переедания, едят только, если испытывают печаль, но не в хорошем настроении.

Именно поэтому справедливо утверждение “Счастливые люди не переедают”. Переедание на фоне позитивных эмоций само по себе, отдельно от других факторов не может быть причиной набора лишнего веса.

Таким образом. для эмоциональных едоков проблемой являются только негативные эмоции. Но каков же ситуация с пищевыми раздражителями, окружающими нас? Вся эта реклама еды по ТВ, пища,  которая окружает нас в торговых центрах? Автоматы с шоколадками в конторах и школах? Элемент игры, также присутствующий в эмоциональном переедании?

Исследование на эту тему было предпринято уже в 80-е гг. прошлого столетия Joyce Slochower. Присутствие еды в поле зрения является важным условием эмоционального переедания, без видимого присутствия еды эмоционального переедания не случается.

В настоящее время пища присутствует повсюду, таким образом условие наличия видимой еды всегда соблюдено. Поскольку мы живем в изобилующем едой окружении, эмоциональное переедание является важным предиктором ожирения и лишнего веса.

В исследовании 2006 г. на выборке 1300 респондентов было продемонстрировано, что для высокоэмоциональных едоков существует позитивная связь между перееданием и лишним весом.

Для низкоэмоциональных едоков такой связи обнаружено не было. Эти результаты были подтверждены в лонгитюдном исследовании на репрезентативной нидерландской выборке: эмоциональное переедание само по себе приводит к лишнему весу.

В другом лонгитюдном исследовании более 1500 сотрудников нидерландского банка было обнаружено, что эмоциональное переедание имеет прямое, непосредственное влияние на увеличение веса через два года.

В основном, эмоциональное переедание предваряет изменения веса в комбинации со стрессом, то есть в связи со стрессовыми событиями жизни. Особенностью этого исследования являлось то, что измерения уровня эмоционального переедания имели место в октябре 2008, непосредственно перед началом кредитного кризиса.

Большинство сотрудников банка, наблюдающих массовые увольнения своих коллег из Lehman Brothers по ТВ, переживали этот период как исключительно стрессовый, что подтверждает непосредственный эффект эмоционального переедания на увеличение веса.

Здесь важно понимать, что манифестация эмоционального переедания как расстройства пищевого поведения могла случиться с нами пару лет назад, а ощутимый лишний вес мы наберем спустя длительное время. В поисках причин лишнего веса полезно анализировать те стрессовые события, которые происходили с вами несколько лет назад.

О механизмах эмоционального переедания

Каковы механизмы эмоционального переедания? Какова связь с текущей эпидемий ожирения? И каковы же перспективы излечения?

Согласно психосоматической теории Hilde Bruch эмоциональное переедание встречается у тех людей, которые сигналы неудовлетворенности со стороны тела и негативные эмоции принимают за чувство голода и истощение. Bruch описывает это как сниженное интероцептивное осознавание (слабое видение того, что происходит с собственным телом) и высокий уровень алекситимии (невозможность выразить чувства в словах).

Результаты эксперимента  проведенного со студентами женского пола в Наймегенском университете, подтверждают это. Уровень невозможности высказать чувства, измерялся по шкале алекситимии (известная психологам методика исследования алекситимии). Половина испытуемых была приведена в состояние эмоционального возбуждения сообщением, что они должны выступить перед группой специалистов.

Другая половина была приведена в состояние эмоционального покоя: их попросили представить себе, что они поглаживают мягкие лоскуты ткани. Затем обеим группам предлагались сладкие крекеры – якобы, что они попробовали их и оценили вкус, но на самом деле учитывалось, кто сколько съел.

Студенты, не бывшие алекситимиками, съедали, как и ожидалось, меньше крекеров в состоянии, когда они нервничали. Но студенты, бывшие алекситимичными, съедали больше крекеров в нервном состоянии – и это атипично.

Согласно Bruch, недостатки родительского воспитания являются фактором риска для развития эмоциоеального переедания. Это было подтверждено в Наймегенском исследовании подростков.

Психологическое давление со стороны матери или отца в комбинации с генетической предрасположенностью приводили в течение 4 лет к возрастанию уровня эмоционального переедания. Психологическое давление измерялось опросниками, содержащими вопросы: “Моя мать/отец ведет себя холодно и недружелюбно если я делаю что-то, что ей/ему не нравится” и “Если я получаю плохую оценку, моя мать/отец ведут себя так, чтобы я почувствовал себя виноватым”.

Говоря о генетической предрасположенности, мы имеем в виду ген рецептора допамина D2 (DRD2). Здесь был рассмотрен специфический генетический вариант, при котором обнаруживается недостаточность допамина – допамин – это нейротрансмиттер, отвечающий за переживание удовольствия. Этот “рискованный” ген встречается довольно часто, он обнаружен примерно у трети европейцев.

То, что только в комбинации с контролирующим типом воспитания этот ген приводит к развитию эмоционального переедания (т.е. речь идет о комбинации генетики и условий жизни), открывает перспективы для профилактики эмоционального переедания. Мы должны обучать родителей на специальных курсах прямому, неманипулятивному стилю воспитания.

В исследовании подростков ген рецептора допамина не имел прямого влияния на развитие эмоционального переедания. Исследователь мозга Norah Volkow обнаружила непосредственную связь эмоционального переедания (измеренного с помощью НОПП) и уровне допамина в головном мозге – в дорсальном стриатуме (отдел мозга. включающий хвостатое ядро и скорлупу) – области головного мозга. ответственной за принятие решений и процессы вознаграждения.

Это исследование было проведено на 10 здоровых испытуемых и уровень допамина в мозге измерялся с помощью позитронно-эмиссионной и компьютерной томографии.

Томография высокоэмоциональных едоков демонстрировала дефицит допамина, тогда как у низкоэмоциональных едоков уровень допамина был в норме. Эмоциональные едоки переедают для того, чтобы компенсировать недостаток допамина, чтобы прийти в хорошее расположение духа.

Из исследований животных известно, что крысы и обезьяны, которые были подвергнуты хроническому стрессу и впоследствие получали высококалорийную еду, реагировали снижением (вместо нормативного повышения) уровня кортизола (кортизол – гормон, выделяющийся в организме во время стресса). На людях эксперименты, сравнивающие уровень кортизола вследствие стресса и потребление пищи у высоко- и низкоэмоциональных едоков еще не проводились.

Чтобы получить представление о том, что же происходит с людьми, мы провели исследования студентов женског пола, обнаруживших экстремально высокие и экстремально низкие значения по шкале НОПП. Мы просили испытуемых прийти в лабораторию дважды: один раз для контрольного измерения и один раз – для измерения в условиях стресса.

Контрольное измерение состояло в оценке различных образцов ткани. меха, шелка и так далее, так как от этого студенты приходили в исключительно спокойное состояние. как показали предыдущие тестирования.

Второе измерение состояло в выполнении Трирского Теста Социального Стресса: нужно было произносить речь в присутствии жюри из двух человек, одетых в белые докторские халаты и стоявших с лицами покерных игроков, балансируя при этом на доске wii, после чего следовало сложное задание на обратный счет.

Этот тест, актуализирующий страх перед публичными выступлениями, переживался большинством студентов как исключительно стрессовый, что подтверждали измерения уровня настроения и уровня кортизола. В стрессовый день студенты демонстрировали пик и в контрольный день провал по этим показателям.

В оба дня студенты получали во время заполнения опросника коробку с едой: виноград, сосиски, M’&M’s и сливочное печенье (типичное нидерландское печенье из жирного теста). Интересно было посмотреть, в чем будет разница в съеденном.

Что же обнаружилось? Низкоэмоциональные едоки демонстрировали типичную реакцию стресса: они ели меньше в стрессовый день, чем в спокойный день. Высокоэмоционаьные едоки демонстрировали атипичную стрессовую реакцию. Они съедали больше в стрессовый день, чем в спокойный.

Низкая продукция кортизола может быть следствием стрессовых событий жизни в ранние детские годы, например, если родители покидают ребенка, или ребенок живет в эмоционально спутанной ситуации, переживает физическое или сексуальное насилие.

Такие событие, как нам известно из другого исследования (Gold & Crousos 2002), приводят к перманентным изменениям в головном мозге и вследствие этого формируется обратная стрессовая реакция: низкая реактивность гипоталамо-гипофизарно-адреналового комплекса, вместо нормальной реактивности, и низкая продукция кортизола.

Симптомами этого состояния является высокая потребность во сне, причем сон обычно плохой, некачественный, не приводящий к отдыху, и повышенная потребность в пище. Такие стрессовые события жизни могут привести к небезопасному типу привязанности, что является симптомом атипических форм депрессии – таких, например, как зимняя депрессия.

Продолжение следует – в нем пойдет речь о взаимосвязи ожирения и эмоционального переедания и о том, как же это лечить с доказанной эффективностью.

Источник – автор Светлана Ильина

http://svetlyachok.livejournal.com

Окончание здесь

 

 

 

 

Комментарии:

Обсуждение (2)
  1. Наталия:

    Я,к сожалению,страдаю эмоциональным перееданием.Статья очень полезная,многое объясняет.Жду продолжения,т.к. самой не удаётся с этим справиться.
    Спасибо Вам,Наталия,все Ваши публикации замечательные

Поделитесь своим мнением
Для оформления сообщений Вы можете использовать следующие тэги:
<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Остались вопросы? Задайте их в комментариях